Концепция
Египет и Иордания держат программы гражданства за инвестиции особняком от карибских и ближневосточных схем. Паспорта обеих стран слабы для путешествий, процедуры бюрократичны, а суммы сопоставимы с куда более удобными юрисдикциями. Ценность здесь одна и вполне конкретная: и Каир, и Амман связаны инвестиционным договором с США, который открывает доступ к американской визе инвестора E-2. Для части клиентов именно этот доступ определяет интерес к программе, тогда как мобильность паспорта отходит на второй план.
Египет: четыре маршрута
Египетская программа предлагает четыре опции. Безвозвратный взнос в казну составляет 250 000 USD. Покупка недвижимости — от 300 000 USD с обязательством удерживать объект пять лет. Инвестиция в бизнес — 350 000 USD плюс невозвратное пожертвование государству на 100 000 USD. Банковский депозит — 500 000 USD, который возвращают через три года в местной валюте и без процентов. К любому варианту добавляется государственный сбор 10 000 USD, а все средства переводятся из-за рубежа в долларах. От подачи до выдачи паспорта обычно проходит от шести месяцев до года.
Иордания: восемь маршрутов после реформы 2025
Иордания пересобрала программу в июле 2025 года: вместо прежних трёх опций — восемь маршрутов, годовой потолок в 500 заявителей и полный отказ от пассивных вариантов. Казначейские облигации и банковские депозиты, на которых держалась старая схема, упразднены, а ставка сделана на инвестиции с реальным экономическим эффектом и рабочими местами. Пороги считаются в динарах. Нижняя планка — 350 000 JOD (около 490 000 USD) за вложение в действующий проект вне Аммана; новый проект требует 500 000 JOD в провинции или 700 000 JOD в столице; покупка долей и биржевой маршрут начинаются от 1 млн JOD (порядка 1,4 млн USD) с трёхлетней блокировкой и лимитом 20% на одну компанию, а отраслевые проекты в фарме, медицине и логистике — от 3 млн JOD. Самый необычный маршрут к сумме вообще не привязан: паспорт дают за наём 150 иорданцев в Аммане или 100 в провинции. Действующие инвесторы могут претендовать ретроактивно, по уже работающему бизнесу. Появился и отдельный режим для недвижимости: новостройка на 200 000 JOD даёт пятилетний ВНЖ, но к гражданству он не ведёт.
Зачем этот паспорт: доступ к визе E-2
Главная причина, по которой состоятельные клиенты вообще смотрят на Египет и Иорданию, — двусторонние инвестиционные договоры этих стран с США. Гражданин любой из них вправе претендовать на визу E-2: она позволяет жить в Соединённых Штатах и вести там собственный бизнес, продлевается без жёсткого верхнего предела по сроку и охватывает супруга и детей до 21 года. У граждан России, Китая или Индии прямого пути к E-2 нет, поскольку их страны не входят в число договорных. Второе гражданство Египта или Иордании снимает этот барьер и обходится заметно дешевле турецкого или гренадского маршрута к той же визе. Важная оговорка из NDAA FY2023: с конца 2022 года тот, кто получил гражданство договорной страны через инвестицию, обязан до подачи на E-2 не менее трёх лет иметь непрерывный домициль в стране этого гражданства — правило одинаково касается Египта, Иордании, Турции и Гренады.
Альтернативы: Турция и Гренада
К той же визе E-2 ведут и другие паспорта. Турция и Гренада — тоже договорные страны: турецкий паспорт оформляется быстро и даёт более широкую мобильность, но требует от 400 000 USD в недвижимости, а гренадский добавляет к E-2 безвизовый въезд в Китай и Шенген. Египетский и иорданский маршруты выигрывают в одном сценарии: когда нужна сама связка с E-2 при минимальном бюджете, а сила паспорта роли не играет.
Налоги, источник средств и CRS
Второе гражданство само по себе не делает человека налоговым резидентом Египта или Иордании: обе страны облагают налогом по месту фактического проживания и связей, а не по наличию паспорта. Держатель такого паспорта продолжает платить там, где реально живёт, а спорные случаи двойного резидентства разрешаются по tie-breaker'у налогового соглашения. Практический эффект второго гражданства другой: оно всплывает в банковском KYC и в самостоятельной сертификации по CRS, где раскрывают все гражданства и налоговые резидентства. Для держателя капитала из России это означает повышенное внимание к источнику средств — и при оформлении паспорта, и при открытии счетов под него.
Ограничения и репутация
Сильных сторон у самих паспортов немного. Египетский даёт безвизовый или упрощённый въезд примерно в полусотню стран, иорданский — сопоставимо, и ни один из них не открывает Шенген или Великобританию. Обе программы предполагают серьёзную проверку: источник средств, биографию и due diligence изучают пристально. Масштаб остаётся скромным: Иордания за 2018–2025 годы натурализовала по инвестиционной линии лишь около 560 человек, преимущественно выходцев из соседних стран, и удержала годовой потолок в 500 заявителей; Египет в 2025 году заметно ужесточил верификацию. Для держателя российского капитала всё это означает повышенное внимание банков и консульств к происхождению денег и к самому факту второго гражданства.
Материал носит экспертно-аналитический характер и не является индивидуальной юридической или налоговой консультацией.