Сейшельская IBC: территориальный налог, substance и банкинг

Как Сейшелы стали офшором

Сейшельская офшорная индустрия родилась в 1994 году. Парламент принял пакет законов — International Business Companies Act и закон о Seychelles International Business Authority (SIBA), — создав и саму конструкцию IBC, и орган, который её регулировал и одновременно продвигал. Ставка делалась на простоту и цену: компания за пару дней, без налога, без публичной отчётности. На этом Сейшелы вместе с BVI и Белизом выросли в одну из самых массовых фабрик дешёвых офшорных компаний.

В 2014 году SIBA уступила место Financial Services Authority (FSA): из промоутера индустрии регулятор стал надзорным органом с акцентом на лицензирование и комплаенс. Через два года закон 1994 года заменили на International Business Companies Act 2016 — современный корпоративный кодекс. К тому моменту глобальная повестка уже сместилась: ОЭСР с проектом BEPS и Евросоюз со своим списком юрисдикций перестали мириться с компаниями, которые не платят нигде. Дальнейшая история сейшельской IBC — это последовательная подгонка местного режима под эти требования, и общую логику хорошо видно на фоне общего перехода к налоговой прозрачности.

За тридцать лет режим IBC несколько раз переписывали под международные стандарты. Базовая конструкция компании осталась прежней; менялись налоговые условия, требования к присутствию и объём раскрытия по бенефициарам.

Концепция

Сейшельская International Business Company (IBC) — базовый офшорный носитель: дешёвая и быстрая в регистрации компания, которую используют как холдинг, держателя активов и долей, для международной торговли и владения интеллектуальной собственностью. Тридцать лет её привлекательность держалась на полном освобождении от налога и закрытости владельца. Реформы 2018–2021 годов сохранили саму форму компании, но переключили её на территориальный налог, а для компаний крупных групп поставили освобождение иностранного пассивного дохода в зависимость от реального присутствия — об этом ниже.

IBC Act 2016

Компании создаются по International Business Companies Act 2016 через лицензированного зарегистрированного агента — напрямую в реестре зарегистрироваться нельзя, и именно агент остаётся точкой связи компании с государством. Регистрация занимает считанные дни. Базовые параметры формы:

• минимальный капитал не установлен, разрешены акции без номинальной стоимости;
• предусмотрено перемещение компании в другую юрисдикцию и обратно (redomiciliation);
• реестр акционеров (register of members) хранится в зарегистрированном офисе и регистратору не подаётся; реестр директоров подаётся регистратору, но остаётся закрытым. С 1 января 2027 года по International Business Companies (Amendment) Act 2026 имена и даты назначения действующих директоров вносятся в открытый для ознакомления Register of International Business Companies и в справки официального поиска, а до 31 декабря 2026 года в реестре директоров нужно отметить, является ли директор номинальным и по чьим указаниям он действует; данные о бенефициарах хранятся у агента и в закрытой государственной базе, доступной компетентным органам.

Сочетание корпоративной гибкости и низкой цены и сделало сейшельскую IBC массовым продуктом.

Территориальный налог

До реформы сейшельская IBC была полностью освобождена от налога — это и был её главный продукт. Под давлением ОЭСР (проект BEPS) и Евросоюза острова приняли Business Tax (Amendment) Act 2018 и с 1 января 2019 года перешли на территориальный принцип. Облагается доход из сейшельских источников; доход из источников за пределами островов налогом не облагается. Для типичной IBC, которая ведёт всю деятельность вовне и не извлекает дохода на Сейшелах, эффективная ставка по иностранному доходу осталась нулевой. Юридически компания превратилась из безналоговой в обычного резидента с территориальной базой, хотя практический результат для внешнего бизнеса почти не изменился.

Economic substance

Одного территориального принципа Евросоюзу показалось мало: освобождение пассивного иностранного дохода без реальной деятельности он отнёс к вредной налоговой практике. Ответом стал Business Tax (Amendment) Act, 2020 (Act 2 of 2021): уведомление о вступлении в силу (S.I. 78 of 2021), опубликованное 16 сентября, ввело его в действие с 15 сентября 2021 года, а Seychelles Revenue Commission применяет изменённый режим с 16 сентября 2021 года. Он касается охватываемых компаний (covered companies) — тех, что самостоятельно или в составе группы на консолидированной основе превышают два из трёх порогов: баланс свыше 20 млн евро, чистый оборот свыше 40 млн евро, в среднем более 250 работников. У такой компании иностранный пассивный доход — проценты, рента, роялти, дивиденды и иные доходы не от собственной предпринимательской деятельности — считается доходом из сейшельского источника, если в налоговом году у неё нет достаточного economic substance; доход от деятельности за рубежом остаётся вне налога, только если относится к постоянному представительству за границей, а доход от интеллектуальной собственности, которой компания владеет на Сейшелах, облагается, кроме доли дохода от патентов и равнозначных прав, квалифицируемой по формуле nexus. Чистый холдинг долей (pure equity holding company) или компания, основная функция которой — владение недвижимостью, проходит тест, если соблюдает обязанности по подаче документов и располагает на Сейшелах достаточным персоналом и помещениями для владения инвестициями и управления ими; остальным нужно ещё принимать стратегические решения, управлять основными рисками и нести их, а также нести соразмерные расходы на Сейшелах. Эти функции можно передать исполнителям на Сейшелах при надлежащем контроле. IBC ниже порогов остаётся в общем территориальном режиме.

Бенефициары и автоматический обмен

Параллельно с налогами Сейшелы закрыли вопрос непрозрачности. С 28 августа 2020 года действует Beneficial Ownership Act 2020: каждая компания ведёт реестр бенефициаров по месту нахождения своего агента, а сведения стекаются в централизованную зашифрованную базу, которую ведёт сейшельский Financial Intelligence Unit (FIU). База закрытая, но доступна регуляторам и правоохранителям; агент обязан подать данные о бенефициаре в течение 14 дней. Вдобавок Сейшелы участвуют в автоматическом обмене финансовой информацией — CRS в рамках Global Forum ОЭСР и FATCA с США. Анонимность владельца, ради которой офшоры выбирали в нулевые, на Сейшелах перестала быть рабочей: данные есть и у государства, и у налоговых органов страны резидентства.

Схема ниже показывает и владение, и маршрут данных: бенефициар держит активы через IBC, агент ведёт реестр и подаёт сведения в базу FIU, а CRS и FATCA доводят их до налоговой по месту резидентства.

Регулирование: списки ЕС и ОЭСР

Отношения Сейшел с Евросоюзом — это два захода в чёрный список ЕС. Первый случился из-за налогов: в 2020 году острова попали в Annex I как юрисдикция с вредным режимом освобождения иностранного дохода, не успевшая выполнить обещанные реформы к сроку. Реформа 2021 года с требованием substance претензию сняла, и 5 октября 2021 года Сейшелы из чёрного списка убрали.

Второй заход был уже про прозрачность. В октябре 2023 года Сейшелы снова внесли в Annex I — на сей раз потому, что Global Forum ОЭСР понизил оценку страны по обмену информацией по запросу до «partially compliant». В феврале 2024 года их перевели из чёрного списка в «серый» (Annex II), а 17 февраля 2026 года убрали и оттуда. Сейчас Сейшелы вне списков ЕС, но сама история показывает: статус юрисдикции теперь пересматривают регулярно, и держится он на том, как страна проходит периодические проверки.

Репутация и банкинг

Самое трудное в сейшельской структуре — открыть и удержать банковский счёт. После волны de-risking международные банки массово свернули работу с клиентами из классических офшоров: счёт сейшельской IBC в приличном банке открывается долго, дорого, а порой не открывается вовсе. Корреспондентские отношения сужаются, комплаенс всё настойчивее спрашивает о реальной деятельности и бенефициарах. На практике компании уходят в специализированные банки второго эшелона, платёжные институты и EMI, что добавляет издержек и операционных рисков. Репутационный шлейф офшора работает против владельца даже при полностью законной структуре.

Применение

Сейшельскую IBC выбирают там, где важны цена и скорость:

• холдинг активов и долей;
• владение интеллектуальной собственностью;
• простые торговые операции;
• промежуточная компания в группе.

Она аккуратно работает как верхний или промежуточный holding и как держатель отдельного актива в связке с трастом или foundation. Когда критичны лёгкий доступ к банкам и репутация перед контрагентами и инвесторами, чаще выбирают BVI, а для торговли внутри ЕС — европейские компании с реальным substance. Сравнение девяти регистров сводит этот выбор в одно место: Сейшелы сейчас вне обоих перечней ЕС (BVI — в Annex II), база бенефициаров закрыта, а директоры до 1 января 2027 года не видны в публичном реестре, но соглашений всего несколько и на практике они редко применимы, а регулируемого местного администратора и готовой отчётности, как у Джерси, Гернси или Гибралтара, в досье для европейского банка нет. Для российского владельца Сейшелы остаются в перечне офшорных зон Минфина (приказ № 86н): дивиденды IBC российской материнской компании не получают нулевую ставку по ст. 284 НК РФ, а территориальный ноль не выводит компанию из-под правил о КИК. Сейшелы остаются бюджетным решением для задач, где терпимы ограничения по банкингу.

Эволюция и вывод

Сейшельская IBC прошла путь от инструмента «ноль налога и анонимность» к компании с территориальным нулём по иностранному доходу, требованием реального присутствия для пассивного дохода компаний крупных групп и обязательным раскрытием бенефициаров государству. Каждый шаг был вынужденным ответом на давление ОЭСР и ЕС, но в сумме они изменили смысл продукта. Сегодня IBC — это законный недорогой носитель для холдинга и торговли; роль инструмента налоговой невидимости она утратила.

Полное снятие со списков ЕС в 2026 году вернуло юрисдикции репутационную нормальность, но эпоха «зарегистрировал и забыл» закончилась. Сейшельская компания требует поддержания substance там, где оно применимо, аккуратной отчётности по бенефициарам и трезвых ожиданий по банкам. При таком подходе она остаётся одним из самых дешёвых входов в международную корпоративную структуру; при небрежном — превращается в источник проблем с банками и налоговой.